Восстановление (2004—2009 годы)

С этого все начиналось. Первый приезд на Лемнос. Слева направо: префект острова Г. Бавеас, Г. Попов, митрополит Лемноса и святого Евстратия Иерофей, Л. Решетников, А. Ростомов. Апрель 2004 г.
С этого все начиналось. Первый приезд на Лемнос. Слева направо: префект острова Г. Бавеас, Г. Попов, митрополит Лемноса и святого Евстратия Иерофей, Л. Решетников, А. Ростомов. Апрель 2004 г.

Почему русские кладбища на Лемносе оказались на грани практически полного уничтожения? До второй мировой войны они еще как-то поддерживались греческим духовенством, властями острова. Но ушло поколение греков-современников событий, оставшиеся в живых казаки в своем большинстве перебрались в США, Латинскую Америку. Кое-кто из родственников или детей похороненных на Лемносе изредка приезжали, однако, что они могли сделать…

Для советских людей остров, как стратегическая военная база страны НАТО, был закрыт. Да и без этих запретов вряд ли кто в СССР решился бы посетить Лемнос в поисках «белогвардейских могил». Память об этих событиях в Стране Советов вытравливалась, навязывалась «марксистско-ленинская» их трактовка. И только во второй половине 80-х годов, когда началось переосмысление многих страниц отечественной истории, стали складываться условия для понимания и лемносской драмы.

Первый приезд молодежного православного отряда «Лемнос». Крайний слева вице-консул посольства России в Греции С. Торицин. Июнь 2005 г.
Первый приезд молодежного православного отряда «Лемнос». Крайний слева вице-консул посольства России в Греции С. Торицин. Июнь 2005 г.

В 1993 году, ожидая в болгарском архиве в Софии заказанные совсем по другому поводу материалы, я взял с полки русский эмигрантский журнал за 1923 год. На первой же странице прочел заголовок: «О тяжелой жизни казаков на Лемносе». Журнал быстро пришлось вернуть, так как подошла сотрудница архива. Однако, в памяти осталось — Лемнос, эвакуация армии П. Н. Врангеля, казачьи корпуса…

Прошло семь лет, и автор этих строк оказался в Афинах на работе в российском посольстве. Февраль 2004 года. Праздник Торжества Православия. По многолетней традиции в этот день Святейший Синод Элладской Православной Церкви во главе с ее предстоятелем архиепископом Христодулом наносит визит в наше посольство. Для греческих владык толда пел замечательный хор московского Новоспасского ставропигиального мужского монастыря. Чинно усаживаемся за трапезу. Рядом со мной седой благообразный старец. Читаю установленную перед ним карточку — Иерофей, Митрополит островов Лемноса и св. Евстратия. Путая от волнения греческие и русские слова, спрашиваю, есть ли на Лемносе казачьи кладбища. «Были, — отвечает митрополит, — но вроде бы от них мало что осталось. Но вы приезжайте, посмотрите, я помогу…»

Совсем скоро, по совету митрополита Иерофея, мы поехали на антантовское кладбище у города Мудрос. Такое же ухоженное, как и у села Портиану, где мы безуспешно искали русские могилы. Здесь нам сопутствовала удача — в дальнем углу кладбища в ограде вмонтирована скромная серая плита с надписью на английском языке: «На этом месте похоронены 28 русских солдат и одна женщина, умершие во время эвакуации из Новороссийска в 1921 году». Сразу возникли вопросы: почему в 1921 году, ведь эвакуация была в начале 1920-го? Кроме того, по нашим представлениям на тот момент, на Лемносе находились только казачьи части армии П. Н. Врангеля. Впрочем, тогда ответы на эти вопросы для нас не имели большого значения — главное, что англичане, установив доску, пусть и с неточным текстом, помогли найти на мудросском кладбище место, где лежали наши соотечественники.

Бойцы молодежного отряда восстанавливают русский (донской) участок на международном кладбище около г. Мудрое. Лето 2007 г.
Бойцы молодежного отряда восстанавливают русский (донской) участок на международном кладбище около г. Мудрос. Лето 2007 г.

Воодушевленные, мы вернулись в Афины. Первое, что сделали, — позвонили наместнику Новоспасского монастыря архиепископу Алексию, духовному наставнику одного из нас. Владыка не только благословил наше стремление возродить память о русских страдальцах на греческом острове, но и обещал свою помощь.

Это было в мае 2004 года. После благословения архиепископа все начало складываться само собой. Как-то очень быстро образовалась инициативная группа. К нам троим присоединился вице-консул российского посольства в Греции Сергей Торицин, который своей энергией заряжал десятки людей, решивших принять участие в восстановлении русских погостов на Лемносе.

В группу вошли журналисты Вячеслав Киселев и Игорь Пшеничников, сотрудник банка Сергей Симоненко, представитель «Интуриста» в Греции Николай Равкин. Уже на первом этапе нас активно поддерживали православные люди, объединенные вокруг выходившего тогда журнала «Русский предприниматель» (издатель Олег Костин). Идеей сооружения на Лемносе памятника казакам загорелся Чрезвычайный и Полномочный посол России в Греции Андрей Вдовин, Ее поддержали  инастоятель Святотроицкой (русской) церкви в Афинах протоиерей Георгий Скутелис, шеф протокола российского посольства Олег Бредихин. Быстро включился в работу предприниматель Сергей Озеров, духовное чадо владыки Алексия. Энергично поддерживал инициативную группу вице-спикер Государственной Думы Сергей Бабурин. Многое делала краснодарка 3инаида Стороженко, вот уже несколько лет проживающая на острове в городе Мирина.

Недолго судили-рядили, что делать. Решили поставить на кладбище в Калоераки памятный мраморный крест, а в Мудросе мемориальную доску с русским текстом. Главное было — найти средства: 60-70 тысяч евро. Тогда сумма казалась нам просто фантастической, ведь миллионеров среди нас не было. И, о чудо! За месяц-полтора требуемая сумма у нас уже была! Так, заметную часть расходов покрыл… палестинец Джеллад, владелец крупной строительной корпорации «ССС», работающий в Греции. Как он заявил, жена у него – донская казачка, и вся его семья любит Россию. Значительную поддержку оказал директор Федеральной службы Российской Федерации по военно-техническому сотрудничеству Михаил Дмитриев, ставший постоянным помощником в работе по восстановлению русских кладбищ на Лемносе. В течение нескольких лет финансовую помощь оказывали предприниматели Валерий Гусев, Александр Удальцов, Андрей Рокецкий, Ламброс Бардзокас, Юрий Пьяных, Валерий Асланов, Александр Нотин, Сергей Таразевич, Сергей Суховенко, Денис Кузнецов, Алексей Федоров и другие.

Восстановленное надгробие на донском участке международ кладбища около г. Мудрое. Ноябрь 2007 г.
Восстановленное надгробие на донском участке международного кладбища около г. Мудрос. Ноябрь 2007 г.

Уже в июле 2004 года, находясь в Москве, мы показывали архиепископу Алексию чертежи, макет, обсуждали, где будем делать крест, как и когда его установим. Углубляясь в работу, постепенно узнавали всё новые данные о пребывании русских на Лемносе. Конечно, мы не могли обойти вниманием факт освобождения острова от турок в июле 1770 года русской средиземноморской эскадрой графа А. Орлова. В 1807 году после победы русской эскадры адмирала Д. Сенявина над турецким флотом в афонском сражении на остров также высаживался десант наших моряков. Мы сразу решили договориться с греческими властями и установить памятный знак по этому поводу в главном городе острова – Мирине.

Все наши начинания и планы могли осуществляться только при одном условии — местный островной совет должен их одобрить. Казалось, что с этим проблем не будет, ведь нас активно поддерживали губернатор провинции островов Лесбос, Лемнос, св. Евстратий П. Воядзис, префект Лемноса Г. Бавеас, глава общины Неа-Кутали, на территории которой находится русское кладбище, Д. Вулгаракис, мэр города Мудрос К. Адамитис и, конечно же, митрополит Иерофей.

Однако возникли и неожиданные трудности. Депутаты островного совета представляли различные политические партии и занимали позиции в соответствии с установками своего высшего руководства. Если находившиеся у власти правые из «Новой демократии» однозначно высказались в нашу пользу, то недавно перешедшие в оппозицию социалисты были довольно сдержанны, а коммунистическая фракция вообще выступила категорически против. На затянувшемся заседании совета последователи Маркса-Энгельса-Ленина, исчерпав классические для себя аргументы («памятник эксплуататорам» и т. п.), договорились до того, что стали утверждать: «Позволив русским установить крест на кладбище и памятник морякам в Мирине, мы тем самым поможем России проникнуть в зону ответственности НАТО». Вот так, ни больше ни меньше.

Совет всё-таки внимательно выслушал обстоятельное выступление нашего представителя Сергея Торицина и 12 голосами «за» при 3-х «против» (коммунисты) разрешил восстановление кладбища на мысе Пунда и установку памятника в Мирине. Более того, мэрия города выделила для памятника красивое место на центральной части набережной, откуда в хорошую погоду видна Святая Гора Афон. Что касается кладбища на мысе Пунда, то нам отдали «в пользование» только 40 процентов его территории, то есть практически «беженскую» (март-ноябрь 1920 г.) часть. Почти все могилы декабря 1920 – октября 1921 годов остались за пределами выделенного нам участка. Местные власти утверждают, что речь идет о частной собственности на землю и ничего изменить нельзя. Может быть. А может, есть и другие причины, о которых нам пока говорить не хотят. Во всяком случае, мы благодарны и за это решение – ведь Россия вспомнила о погребенных на острове соотечественниках лишь через 80 лет.

krest_08.jpgТрехметровый мраморный крест с изображением исторического знака «лемносского сидения» в терновом венце (скульптор В. Усов), как и небольшой памятник морякам эскадр А. Орлова и Д. Сенявина того же автора, были изготовлены на материке в греческом городе Драма и доставлены на остров на пароме. Но мы все еще почти ничего не знали о первой волне русских беженцев на Лемносе. Поэтому первоначально надпись в подножии креста гласила: «Казакам России, нашедшим свой последний приют на греческой земле». Осенью 2008 года такая неточность была исправлена: «Казакам России и всем русским людям…»

27 сентября 2004 года. Крестовоздвижение. Великий православный праздник. Именно в этот день освящался Памятный крест на русском кладбище в Калоераки. Прошло всего пять месяцев с начала пути. Разве это не чудо, не милость Божья?! Из Москвы прилетела большая делегация во главе с архиепископом Алексием и С. Бабуриным, из Краснодара – атаман Кубанского казачьего войска В. Громов с группой казаков, из Афин – посол России в Греции А. Вдовий с сотрудниками посольства. На рейде острова стал ракетный крейсер «Москва» под флагом командующего Черноморским флотом адмирала В. Масорина. Нам особенно хотелось, чтобы на Лемносе в этот день находились российские военные – не интернированные, разоруженные, униженные, как в 1920 году, а во всей своей мощи и доблести.

jram_mirina_011s.jpgМиринский собор Святой Троицы тогда был переполнен. Выделялись российские и греческие офицеры в парадных мундирах, стройные, сосредоточенные. Много детей, молодежи. Архиепископ Алексий вместе с греческим духовенством служит литургию. Поет хор Новоспасского монастыря (регент Л. Баклушин). Поминаются «русские воины, на земле лемносской погребенные». Все молящиеся охвачены необыкновенным светлым настроением. После службы греки говорили, что никогда ранее не испытывали такого состояния.

А нам вспоминалось прочитанное в мемуарах русских эмигрантов: «Греческое население Мудроса заполняло церковь, предоставленную казакам, чтобы побывать на необычной для них, но очень притягательной службе».

К полудню 27 сентября все собрались под ярким солнцем голубого греческого неба на Русском кладбище на мысе Пунда. Перед Памятным крестом — строй почетного караула с крейсера «Москва» и взвод греческого гарнизона Лемноса. Владыка Алексий, митрополит Иерофей, наш корабельный священник служат панихиду, освящают крест. Звучат гимны России и Греции, залпы почетного караула. Атаман Громов по казачьей традиции сыплет горсть кубанской земли к подножью креста… Незабываемые минуты.

Вечером при стечении нескольких тысяч человек в порту Мирины состоялся концерт ансамбля песни и пляски Черноморского флота, артистов из Краснодара. Его венчал грандиозный салют, о котором лемносское население вспоминает по сей день. Командующий Черноморским флотом говорит, что побывал со своими кораблями с дружескими визитами в десятках стран, ко многому уже привык, но такого волнения никогда раньше не испытывал. Да как же не волноваться, когда видишь, как плачет уже немолодой казак из группы атамана Громова, собирая в платок землю с могилы своего деда, есаула Василия Сурмача, лежащего на русском кладбище в Калоераки.

Так появился на Лемносе русский мраморный крест. Кому-то показалось, что дело сделано, памятники поставлены, торжества отшумели. Однако для большинства участников оно только начиналось. По благословению владыки Алексия попечительский совет Новоспасского монастыря взял на себя заботу по восстановлению памяти о лемносской трагедии русских людей. В результате работы в библиотеках и архивах России, Греции и Болгарии стали открываться ее неизвестные страницы.

2009_molotriad.jpgВ конце 2005 года при попечительском совете был создан православный молодежный отряд «Лемнос» под духовным руководством иеромонаха Новоспасского монастыря Петра (Ерышалова). С тех пор отряд трудится над восстановлением русских кладбищ на острове. В ноябре 2007 года при материальной поддержке донского казачества (Д. Исаенко) и с разрешения властей Великобритании на антантовском кладбище у города Мудрос полностью возрожден «донской» участок — 29 надгробий. На погосте на мысе Пунда поставлена ограда, посажено 24 средиземноморских сосны, установлены дорожные указатели, обозначены 42 могилы. Постоянно ведется поиск биографических данных обо всех наших соотечественниках, погребенных на Лемносе. Всем этим активно занимаются и члены попечительского совета, и бойцы молодежного отряда: Александр Бурмистров, Станислав Русановский, Михаил Малиновский, Роман Руссу, Елена Решетникова, Дмитрий Игонин, Сергей Калиненко, Анна Валяева, Татьяна Сосновская, Сусанна Саркисян, Антон Озеров, супруги Александр и Анна Черепановы, Алексей и Арина Забелины, Василий Калиненко и другие. В ближайших планах — установление на кладбище на мысе Пунда мемориальных досок с именами всех здесь упокоенных.

Покидая Лемнос, всегда испытываешь грусть, как перед долгой разлукой с родными. Почти два года остров был частицей России, поруганной, но не склонившей головы перед красными вандалами. Через Лемнос проходил крестный путь нескольких десятков тысяч русских людей. Лемнос — это не только трагическое место российской истории двадцатого века, но и символ стойкости и мужества нашего народа.

 _.jpg