Бесстрашный эскадрон

Накануне Дня Победы мы публикуем сочинение Владислава Федорова, кадета Кропоткинского казачьего кадетского корпуса им. генерала Г. Н. Трошева, одного из призеров конкурса сочинений «История моего Отечества» в 2017 году.

Третий год подряд  Некоммерческий благотворительный  фонд «Наследие» проводит конкурс сочинений «История моего Отечества» для учащихся казачьих кадетских корпусов и классов. И я снова принял участие, чтобы рассказать о своих героических земляках, казаках 4-ого эскадрона 37-го Армавирского полка50 кавалерийской дивизии 3 кавалерийского корпуса генерала Льва Михайловича Доватора, ровно через три дня повторивших подвиг 316 стрелковой дивизии генерала И. В. Панфилова. Более 60 лет этот подвиг оставался тайной, хранившейся в архивах Центрального архива МО Российской Федерации. И только благодаря статье военного корреспондента газеты «Комсомольская правда» Виктора Баранца «Казачий эскадрон против 28 немецких танков» от 23 февраля 2007 года он стал достоянием широкой гласности.

Расстояние от Армавира до Кропоткина составляет всего 77,5 километров. Это с нами по соседству. Я был уверен, что в музее города будет материал об этих легендарных воинах. Я написал, попросил помочь с материалом  для сочинения. Но  сотрудник отдела Великой Отечественной войны Фоменко Галина ответила, что, к сожалению, у них нет ни фото, ни информации по интересующему 37 полку и они сами пользуются интернет – материалом. Материал пришлось искать самому.

В июле 1941 года в военный комиссариат были поданы сотни заявлений от кубанских казаков и юношей непризывного возраста с просьбой принять их добровольцами в ряды советской конницы. Таким образом, в кавалерию шли не только те, кто получил мобилизационные повестки. Колхозы, совхозы и конезавод дали лучших лошадей. Но оружия, винтовок, автоматов, пулеметов было мало. Шашки и клинки были у каждого, но качество их желало лучшего, так как их в спешном порядке ковали не в заводских условиях, а в обычных станичных кузнях.

3-я Гвардейская кавалерийская (Армавирская казачья) дивизия – это 3500 казаков из станиц: Лабинской, Вознесенской, Чамлыкской, Отрадной, Бесскорбной, Попутной, Спокойной, Передовой, Отважной, Преградной, Удобной, Упорной, Советской, Курганной, Успенской, Кавказской, Новокубанской, городов Армавира, Майкопа, Кропоткина.

Так кубанские казаки начали свою службу в 4-м кавалерийском эскадроне 37-го Армавирского кавалерийского полка 50-й Кубанской кавалерийской дивизии, которая срочно была сформированная в Армавире после приказа Государственного комитета обороны от 5 июля 1941 года и была в числе первых кавалерийских дивизий из 30 сформированных на Северном Кавказе. Командиром 50-й дивизии был назначен полковник Исса Александрович Плиев.

С этого момента  начиналась героическая история 4 эскадрона, более 60 лет считавшегося погибшим, остававшаяся неизвестной страницей подвига во славу Родины.

Битва за Москву, начавшаяся 30 сентября 1941 года, это одно из самых значимых сражений в рамках второй мировой войны. В ней в общей сложности участвовало больше 7 миллионов человек. Это больше, чем в Берлинской операции, включенной в Книгу рекордов Гиннесса, как крупнейшее сражение Второй мировой войны. На Москву противник бросил больше танковых и моторизованных дивизий, чем применил в мае 1940 года против Франции, Бельгии и Нидерландов, вместе взятых.

Эта битва овеяна человеческим подвигом, людей совершенно разных чинов и званий, которым удалось остановить массированное наступление немецких войск,  отбросить назад немецкую военную машину и создать предпосылки для дальнейшего контрнаступления. Победа в этой битве ковалась в больших и малых сражениях, в боях местного значения. Зачастую, именно в этих боях «местного значения» и закладывался успех больших сражений.

16 ноября 1941 года, после перегруппировки сил, началась операция противника под наименованием «Тайфун», ставившая основной задачей овладение Москвой. Тяжелейшие бои развернулись на Волоколамском направлении. Фашисты, не считаясь с потерями, рвались к столице. К 18 ноября ожесточенные бои шли в районе поселков Язвище, Сычево. Дивизию в составе кавгруппы под командованием Льва Михайловича Доватора сразу отправили в подмосковный тыл противника. Надо было отвлекать силы и внимание врага на себя. А противник превосходил 50-ю кавдивизию И. А. Плиева по численности и по вооружению. Уничтожая танки, машины гитлеровцев, кавдивизия несла огромные потери. Но казаки выполняли приказ, пройдя по тылам врага триста километров.

4-й эскадрон 37-го Армавирского полка стоял у самых ворот Москвы, у деревни Федюково, не давая противнику выйти на Волоколамское шоссе. Казаки 4-го эскадрона заняли оборону, прикрывая левый фланг полка. Командовал эскадроном 24-четырехлетний армавирец политрук Михаил Григорьевич Ильенко. Собственно эскадроном подразделение было только по названию. К началу боя в нем насчитывалось всего 37 человек (37 сабель, как говорили в кавалерии), но это были опытные, закаленные бойцы, не раз смотревшие в лицо смерти.

Ранним утром 19 ноября 1941 года на позиции эскадрона устремились немецкие танки и до роты пехоты, наступавшие вдоль русла реки Гряда со стороны полуразрушенной деревни Язвище. Наверное, глядя в смотровые щели, немцы думали: «Странные люди: мы скоро проведём на Красной площади парад, а эти русские идут врукопашную против танков».

У казаков четвертого эскадрона была пара ручных пулеметов, карабины, кинжалы и шашки. Все это было совершенно бесполезно использовать против бронетехники. А глубокий снег не позволял воевать верхом. Для казака самое дорогое – это, несомненно, боевой конь. Но перед этим боем казаки простились со своими конями, расседлали их и отпустили на волю. Уже по этому поступку видно, что выйти живыми из боя кубанцы не надеялись, а отступать не собирались.

Фашисты не ожидали столь яростного сопротивления, зная, что у казаков нет ни артиллерии, ни танков. Но немецкая пехота была быстро отсечена от наступающих танков огнем из карабинов и ручных пулеметов.

Казакам вместо гранат выдали бутылки с горючей смесью. Этим-то новым и опасным для самого казака оружием и пришлось воевать кубанцам с танками. Копать окопы трое суток не спавшим людям в промерзшей на метр земле было бесполезно. Поэтому им приходилось закапываться в снег у самого берега реки, чтобы успеть одним броском добежать до проезжающего мимо танка и бросить бутылку на расположенную за башней решетку, через которую «дышал» двигатель. Смельчака прикрывали огнем карабинов его товарищи, отвлекая на себя автоматчиков, в задачу которых входило защищать танки от такого нападения. Во время первой атаки казаки сумели поджечь несколько танков.

Очевидцы того боя рассказывали, как кубанцы, толком не умея действовать таким оружием, маскировались, засыпая себя снегом, и пропустив танк, бросались на него. Те, кого немцы успевали заблаговременно заметить, кто промахнулся или не успевал добежать до танка, превращались в живые факелы. После каждой отбитой атаки казаки приносили своих обожженных, но живых ещё товарищей в деревенские избы.

Уцелевшие в первом бою танки отошли, но вскоре атаки возобновились. Теперь оборонительные позиции казаков были хорошо известны противнику, и танки могли вести прицельный огонь. Но и новые атаки гитлеровцев были отбиты. Поняв, что лобовыми атаками еще долго не удастся справиться с казаками, немцы отправили танки с пехотинцами на броне в обход позиций кубанцев, чтобы нанести удар с тыла. В горячке боя казаки поздно увидели танки у себя в тылу и не успели взорвать мост через реку Гряду. Собственно, и взрывать-то мост было уже практически невозможно, подходы к нему простреливались противником. Небольшая группа израненных казаков под руководством младшего политрука Ильенко заняла оборону на пути танков. Бой разгорелся с новой силой, запылали новые стальные коробки врага.

Командующий кавалерийской группой генерал-майор Лев Доватор несколько раз посылал верховых к казакам с приказом об отходе, однако ни один из них не вернулся. 4-й эскадрон был единственным подразделением корпуса, оказавшимся с южной стороны Волоколамского шоссе. Отрезок шоссе напротив деревни Федюково простреливался снайперами, и погибавшие кубанцы так и не услышали приказ генерала. А если бы и услышали, то вряд ли смогли его исполнить.

К вечеру огонь прекратился, оказывать сопротивление противнику было некому, но и немцы перестали атаковать. В наступивших ноябрьских вечерних сумерках, немцы, не разобравшись насколько слабые силы кубанских казаков их атакуют, не выдержали стремительного яростного наскока и поспешно отступили. Свою задачу казаки выполнили, в этот день противник так и не смог оседлать Волоколамское шоссе.

Последним в расположение эскадрона был послан сын полка Александр Копылов. Мальчик пробрался к деревне пешком. Под сильно обстреливаемой со всех сторон дорогой он прополз по узкой водосточной трубе. Очаги обороны казаков были растянуты на несколько сотен метров, и обнаружить в сумерках, оставшихся, в живых Копылову не удалось. Об увиденном было доложено командиру полка. Армавирский полк, собрав всех наличных людей, ударил в конном строю через Волоколамское шоссе. Казаки пошли на эту убийственную атаку в надежде спасти хотя бы кого-то из своих. А если уже никого не осталось, то отомстить. Отомстить, пускай и ценой своей жизни.

Всего пару часов деревня была вновь в руках казаков. Погибших товарищей отыскать удалось не всех. Быстро накрывшая окрестные поля и леса темнота, и начинавшаяся метель укрыли погибших кубанцев в глубоком снегу. Хоронить найденных, в обледенелую землю не было ни времени, ни сил, ни возможности. Это сделали очевидцы последнего боя 4-го эскадрона, молодые жители деревень Федюково и Шелудьково Нина Грязнова, Петр Синицын и Василий Смирнов. Они погребли останки погибших героев в братской могиле на берегу Гряды. В условиях оттепели весной 1942 года тела остальных погибших были захоронены на поле, вблизи деревни Федюково. Часть документов этого соединения (в том числе, вероятно, последний список личного состава 4-го эскадрона и медальоны с их именами) пришлось перед прорывом под угрозой окружения спрятать в металлических емкостях и закопать в лесу. Но случилось так, что те, кто знал это место, вскоре погибли, и документы не найдены до сих пор.

Имеется и официальный документ, в котором за скупыми строками боевого донесения описывается героизм людей, защищавших столицу.

«Командующему кавалерийской группой генерал-майору Доватору. Боевое донесение № 174 штаба 50-й кав. дивизии. Железнодорожная казарма (северо-восточнее Федюково). 22 ч. 30 мин. 19.11.41 г.

  1. До батальона пехоты противника с 31 танком, артиллерией и минометом занимает Шелудьково. До 40 танков и 50 машин с пехотой – Язвище.
  2. В 18.00 противник, поддерживаемый танками, занял высоту 236,1 и окраину Федюково, но контратакой 37-го кавполка был выбит, и положение было восстановлено.
  3. Трофеи – 2 ручных пулемета, 1 миномет. Потери противника – 28 танков и до роты пехоты. Наши потери (по неполным данным) – убитыми 36 человек, ранеными – 44 человека. Полностью выбыл 4 эскадрон 37 кавполка (убиты). В 37 кавполку осталось 36 человек и 1 станковый пулемет…».

У деревни Федюково, которую войска вермахта намеревались проскочить за считанные минуты, немцы задержались на день. Эскадрон казаков насмерть вгрызся в замёрзшую почву, став почти на сутки непреодолимой преградой.

Когда мое сочинение было практически закончено, на глаза попалась заметка. И мы с мамой написали, сами не веря в то, что нам ответят. И нам не просто ответили, нам еще и прислали архивные материалы для написания сочинения.

Вот, что писал Филипп Николаевич Богдашко… «В боевом донесении по обстановке командующему кавалерийской группой Л.М. Доватору с указанием потерь 50 кавалерийской дивизии было указано о гибели всего 4 эскадрона. Погиб ли полностью эскадрон в том бою 19 ноября 1941 года, отражая атаки врага на позициях у деревни Федюково, как это растиражировано на сайтах? Кто мог принять участие в том бою?» – эти мысли долгое время не давали мне покоя, что и заставило заняться поисками информации об этом бое.

Дело в том, что его отец Николай Иванович Богдашко начинал военную службу в 4-м эскадроне 37 кавалерийского полка 50 кавалерийской дивизии. В нём служили и несколько его станичников, оставшихся в живых по окончании войны.

Филипп Николаевич после нескольких безуспешных запросов вынужден был обратиться с письмом к Президенту РФ Д.А. Медведеву. После почти годичных исследований архивных материалов в его адрес поступил конечный результат. Это достаточно полная информация о боевом пути личного состава эскадрона, копии ведомостей денежного довольствия за ноябрь и декабрь 1941 года, выписка из журнала боевых действий. Кроме того, дополнительно были проанализированы приказы о наградах по 2 гвардейскому кавалерийскому корпусу. Копии этих бесценных документов, опалённые порохом сражений, теперь находятся у него.

Вот ноябрьская ведомость на выдачу денежного довольствия, в которой числились: командир отделения Н А. Кутья (погиб в декабре 1941г.), заместитель политрука Д. М Титов, помкомандира взвода Н.С. Емельяненко (ст. Передовая, призван Удобненским РВК) и В.Г. Шаповалов (ст. Передовая, призван Удобненским РВК), старшина В.Ф. Ковалёв, повар И.Ф. Бурхайло, красноармейцы А.Н. Емельянов (село Борки, Чкаловской области,призван Удобненским РВК), Г.А Савченко, К.Д. Бабура, П.Я. Радченко (призван Курганинским РВК), В.Н. Питонин, И.Я. Носоч (Николаевская область, призван Казанковским РВК), А.М. Индюков, И.В. Ильченко, И. П. Зруев (ст. Передовая, призван Удобненским РВК), Г.Т. Онищенко, Н.И. Богдашко (ст. Передовая, призван Удобненским РВК), И.Ф. Чернов (призван Удобненским РВК), А.П. Гуров, В.Н. Шепелев, Н.К. Шевченко, Е.М. Коновалов (ст. Андрюковская Краснодарского края, призван Мостовским РВК), И.Н. Киричков (ст. Передовая, призван Удобненским РВК), А.М. Яценко, М.К. Черничко, Е.Н. Подкидыш, П.А.Степанченко, Н.Н. Ершов, Н.А. Лахвицкий, П.П. Полупанов, В.К. Козырев (призван Упорненским РВК), С.К. Гончаров (призван Удобненским РВК), Л.П. Вьюнов (призван Домошанским РВК), А.С. Же(и)ляков, А.О. Сафаров (Сафарян), П.Я. Меюс (Мейс), В.С. Си(е)ви(е)ринов (призван Шогинским РВК), А.П. Марыныч (колхоз Чапаева Краснодарского края, призван Успенским РВК), Д.Я. Мамкин, П.М. Романов, П.Я. Радченко (призван Курганинским РВК), командир отделения С. И. Аладжев, помкомандира взвода Н. В. Бабаков, красноармейцы А.Ф. Родоманов (призван Кошехабльским РВК) и А.И. Родионов.

К эскадрону был прикомандирован проводник (старик) П.М. Гудков(такой порядок указан в ведомости, фамилии, имена и отчества устанавливались по комплексу документов).

Можно предположить, что эскадрон этим составом и встретил врага ранним морозным утром 19 ноября 1941 года, чтобы вписать своё имя в историю Победы.

Из сравнения раздаточных ведомостей на выдачу денежного содержания за ноябрь и декабрь 1941 года видно, что в декабрьском списке отсутствуют девятнадцать человек. Из девятнадцати в последующем прослеживается информация по восьми кавалеристам (наиболее вероятно находившихся на лечении в госпиталях). Информация по остальным одиннадцати кавалеристам: Н. Н. Ершову, А. М. Индюкову, Н. А. Лахвицкому, Е.Н. Подкидышу, А. И. Родионову, П. М. Романову, Г. А. Савченко, А.О. Сафарову, М. К. Черничко, Н. К. Шевченко, Н.(А)М. Яценко – после ноября 1941 года в архивных материалах отсутствует. И с определённой вероятностью можно предполагать, что они погибли 19 ноября 1941 года при отражении танковых атак.

Таким образом, сообщение в боевом донесении о гибели всего эскадрона можно считать поспешным, даже принимая во внимание и дополнительное донесение о потерях. Возможно, оно было сделано на основании доклада воспитанника 37 кавалерийского полка – Александра Васильевича Копылова, направленного на позиции эскадрона с заданием: уточнить обстановку. Кубанский писатель Станислав Филиппов лично общался с героем А. В. Копыловым, о чем в «Кубанском казачьем вестнике» от шестого декабря 2008 года за № 46 написал очерк  «Они Москву сердцами заслонили».

К сожалению, в условиях высокой маневренности сил, отправленная в тот день в вышестоящий штаб оперативная сводка по результатам боевых действий не всегда соседствовала с истиной.

Вот и родилась легенда, что весь эскадрон погиб. Не погиб! Отец Филиппа Николаевича и ещё трое его однополчан по тому боевому дню закончили войну в Германии. До Дня Победы, кроме его отца Богдашко Николая Ивановича, дожили Емельянов Абрам Николаевич, Козырев Василий Константинович и Коновалов Ефим Митрофанович.

Имена же 37 казаков-героев  удалось установить лишь много лет спустя, в результате трудных поисков, которые до конца своей жизни вели в Армавирском и Лабинском районах Краснодарского края ветераны Кубанской дивизии.Вот они: младший политрук М. Г. Ильенко, Н. В. Бабаков (помкомвзвода), К. Д. Бабура, Н. И. Богодашко, Л. П. Вьюнов, А. П. Гуров, Н. С. Емельяненко (командир отделения), А. Н. Емельянов, Н. Н. Ершов, А. С. Желянов, И. П. Зруев, А. М. Индюков, И. Ц. Ильченко, И. Н. Киричков (последний из троих), В. К. Козырев, Е. М. Коновалов, Н. А.Кутья (командир отделения), Н. А. Лахвицкий, Д. Я. Мамкин, А. П. Маринич, П. Я. Меюс, И. Я. Носоч, Г. Т. Онищенко, В. И. Питонин, С. П. Подкидышев, Л. Г. Полупанов (командир отделения), П. Я. Радченко, А. И. Родионов, А. Ф. Родомахов, П. М. Романов, Г. А. Савченко, А. А. Сафарьян, В. Сивирин, М. К. Черничко, В. Г. Шаповалов, Н. К. Шевченко, Н. С. Яценко.

Этим легендарным воинам поэт-песенник Сергей Васильевич Смирнов – Смелов посвятил свое стихотворение.

 

В сорок первом, в страшную годину,

Рвался враг к моей родной Москве.

И навстречу вражеской махине

Казаки поднялись в ноябре.

 

Тридцать семь, красивых и чубатых,

Тридцать семь, оставшихся в живых,

Встали на пути врагов проклятых,

Чтобы защитить моих родных.

 

Чтоб не сдать столицу изуверам,

Чтобы танки их не пропускать,

Казаки, единой со мной веры,

Здесь в бою решили умирать.

 

Точно зная: будет бой не равным,

Что фашистов больше в десять раз,

Отдают коням, друзьям их давним,

Казаки «Гулять и жить!» приказ.

 

Помолившись и поправив крестик,

И гранату сжав в своих руках,

Подрывали танки в этом месте

Казаки с проклятьем на устах.

 

Еще один кровавый день сраженья

Позёмкой, как бинтами, забелён.

Начальник штаба пишет донесенье:

– В бою погиб 4-й эскадрон.

 

А перед взором страшный миг атаки,

Багрово-чёрных взрывов башлыки.

К родной столице рвущиеся танки

Гранатами рубали казаки.

 

…Но не забыли рощи Подмосковья

Тех, чью песнь оборвала война.

Березки шепчут с нежною любовью

Известные им только имена.

 

Военная судьба каждого из 45 бойцов сложилась по-разному. За годы войны государственными наградами из их числа было награждено 12 человек, в том числе и наши земляки, призванные Удобненским РВК: Николай Иванович Богдашко – медалями «За боевые заслуги», «За Отвагу», орденом Красной Звезды, медалями «За оборону Москвы», «За Победу над Германией»; Степан Кириллович Гончаров – медалями «За боевые заслуги» и дважды  «За Отвагу»; Абрам Николаевич Емельянов – медалями «За боевые заслуги», дважды  «За Отвагу», «За оборону Москвы», «За Победу над Германией»; Иван Фёдорович Чернов – дважды медалями «За Отвагу».

Семеро из награждённых дошли до победного 1945года, в том числе и наши земляки: гвардии старшина Николай Иванович Богдашко, гвардии рядовые Степан Кириллович Гончаров, Абрам Николаевич Емельянов, Иван Фёдорович Чернов.

После боя 19 ноября 1941 года 37-й Армавирский кавполк приняв пополнение, продолжал воевать, причем делал это так же героически. К концу войны его Боевое знамя украшали ордена Красного Знамени и Суворова, он стал 9-м гвардейским и получил почетное наименование «Седлецкий».

Заслуженный художник Российской Федерации Сергей Иванович Смирнов создал большое полотно, посвященное одному из эпизодов знаменитого боя 4-го эскадрона 37 кавалерийского полка у деревни Федюково под Москвой.

Профессор кафедры журналистики и издательского дела в Кубанском социально-экономическом институте, член Союза журналистов России Нианила Николаевна Петрова-Хорина посвятила их подвигу главу в своей книге, в которой рассказала и о публикациях других авторов. Вот отрывок из книги. «Впервые о подвиге кубанских кавалеристов было рассказано в очерке Н. Панюкова «Бесстрашные конники», опубликованном в газете «Красная звезда» 2 февраля 1982 г. Казачий полковник Казьмин Вячеслав Христофорович, журналист, уроженец города Лабинска, в 2002 году попросил Отрадненскую районную газету «Сельская жизнь» рассказать о гибели казаков-земляков. Он знал, что редактор газеты Филиппов Станислав Кириллович также занимался поиском материалов о 4 эскадроне.9 ноября 2006 года в газете «Труд-Кубань» бой 4-го эскадрона был описан кубанским журналистом и писателем Владимиром Викторовичем Руновым «Казаки-панфиловцы». Газета «Вольная Кубань 21.11.2008 г. публиковала статью Александра Алышева «Подвиг кубанских казаков под Москвой».

А в 2006 году у поворота с Волоколамского шоссе на деревню Федюково силами Кубанской казачьей общины и Кубанского землячества города Москвы был установлен поклонный крест героям-казакам, которые сражались и погибли, останавливая врага на подступах к Москве. Ежегодно 19 ноября там проходят памятные акции, посвященные подвигу казаков при обороне Москвы. В них принимают участие представители Правительства Москвы, делегации Московской области и Краснодарского края, Кубанского землячества, общественных организаций, воспитанники Московского казачьего кадетского корпуса им. М. Шолохова и образовательных учреждений города Москвы.

Список используемой литературы и Интернет источников:

http://statehistory.ru/4/Mif-o-bespoleznoy-kavalerii/;

http://www.v-life.ru/index.php?area=news&id=1878 («Сельская жизнь» Дата публикации: 19.11.2012 г.  Сайт общественно-политической газеты Отрадненского района Краснодарского края.Газета издается с 10 сентября 1930 г.);

Статья из газеты: Еженедельник  “Аргументы и Факты” № 39 24/09/2014 «Казаки против танков. 45 кавалеристов повторили подвиг панфиловцев»;

http://konnica.tut.su/vov-1941-dovator-3.htm;

http://www.polk.ru/forum/index.php?showtopic=2519;

http://konnica.tut.su/vov-4eskadron.htm («Четвертый эскадрон. Несколько страниц из жизни казачьего рода». Ветеран ВС СССР, капитан 1 ранга в отставке Богдашко Филипп Николаевич);

http://www.kuban.kp.ru/daily/23860.4/63796/«Комсомольская правда» Виктор Баранец «Казачий эскадрон против 28 немецких танков» от 23.02.2007 года;

Книга известного в Краснодарском крае журналиста Нианилы Петровой-Хориной «Станица Попутная: люди, жизнь и события», Краснодар: «Просвещение-Юг», 2016»

Корпоративный сайт Союза журналистов Краснодарского края Кубанский репортерhttp://s-kub.ru/column/id-nianila-petrova-xorina-kazachya-diviziya-ne-pustila-vraga-v-moskvu/.