Русские кладбища на Лемносе

Международное военное кладбище у г. Мудрое. На первом плане могилы английских летчиков
Международное военное кладбище у г. Мудрос. На первом плане могилы английских летчиков

Здоровье военнослужащих в значительной степени зависело от правильной постановки санитарно-гигиенической работы. Командование лемносской группы войск с первых дней существования лагерей уделяло этому вопросу особое внимание. Были созданы бани, прачечные, в теплое время года постоянно организовывались массовые морские купания, функционировали спортивные кружки. Для беженцев — одиноких женщин с детьми, сирот организован «женско-детский приют» примерно на 60 человек. Некоторое время его возглавляла вдова генерала Г. Ф. Бабиева. В восьми километрах от Калоераки в зеленой, тенистой долинке размещался туберкулезный «санаторий» — палатки и бараки почти на сто больных со своими врачами и медсестрами. Всероссийский земский союз открыл 7 пунктов дополнительного питания для больных, слабосильных, женщин и детей. На май 1921 года в кубанском лагере ими были охвачены около 700 человек, в донском — свыше 100.

Однако избежать смертельных исходов больных было, конечно, невозможно. Понесли потери даже всегда энергичные, закаленные, неунывающие юнкера. Кирилл Аверьянов, Владимир Бородин, Павел Скрынник так и не успели стать офицерами русской армии, хотя сражались в ее рядах на Кубани, на Дону, в Крыму.

Большинство похороненных на русских кладбищах в этот период — рядовые казаки, унтер-офицеры, младшие офицеры. Традиционно в казачьих частях служили «семейно» — отец и сын, братья. Так и лежат они на русском кладбище — Красноплахтовы, Кравченко, Черные... В Калоераки могилы трех штабс-капитанов: Эдуарда Юзефовича и Василия Краузе из инженерной службы Донского корпуса и Филиппа Недовесова из 6-го Кубанского казачьего полка. На этом же кладбище лежат полковники Леонид Синявский и Василий Клеменов.
image_pdfimage_print
Страницы: 1 2 3 4 5 6